Мусорный прибой  - Чэнь Цюфань

– Я никогда в жизни не видел такое… изображение мозга.

Он начал работать со слоями изображения.

– Это обычный снимок КЭАМ… «картирования электрической активности мозга».

В виртуальном пространстве экрана висело темное изображение мозга, а анимация показывала различные сечения, покрытые хаотическими пятнами и полосами, возникающими и исчезающими, зоны меняющейся активности в разных частях мозга.

– А вот снимок Мими.

Кайцзун разинул рот, глядя на мерцающее изображение.

Если обычный снимок КЭАМ можно было сравнить с пейзажем, нарисованным широкими мазками в технике сейи, то мозг Мими напоминал картину в стиле реализма, гунби, получившую распространение во времена расцвета династии Тан. Множество мелких, отчетливых деталей. Анимация показывала сечение за сечением, и появляющиеся на экране узоры складывались в картину великолепного дворца. Окрашенные разными цветами области были тонко вырисованы и соединялись между собой шипами и пазами, не переставая при этом пульсировать энергией и двигаться. Еще это напоминало шествие карнавала по улицам большого города, цветастые костюмы, расположенные в сложном и идеальном порядке. Этот порядок проявлялся и на уровне целого, создавая ощущение гармоничности и красоты.

– Как она стала такой?

– Хороший вопрос. Судя по некоторым биохимическим показателям, можно сделать вывод, что в ее мозг вторгся вирус. По сути, инфекция воздействовала волнообразно, и последний случай был где-то месяц назад. Вирус, возможно, и может объяснить некоторые стороны такого органического расстройства, но он – не единственная причина. Мы нашли в ее мозгу еще и это.

На экране появился другой снимок, полупрозрачный, с еле видимыми складками и извилинами мозга. Кайцзуну показалось, что некоторые участки изображения будто покрыты туманом. Возможно, это произошло в силу определенного разрешения экрана.

– Это ППК, передняя поясная кора, которая находится за лобной костью.

Врач увеличил участок снимка, точно так же, как увеличивают фрагмент карты на Google Earth, пронизывая облака и выводя на экран отдельную страну, город или улицу, будто глядя на нее сверху, глазами Бога.

– Это важный отдел мозга, ответственный за когнитивные функции, поведение, эмоции, обучение и восприятие боли. Ты видишь изображение, увеличенное в миллион раз.

Туман постепенно рассеялся, так, будто космическая туманность приблизилась и распалась на отдельные звезды с металлическим отливом, повисшие среди огромной вселенной нейронов и внеклеточного матрикса.

– Эти металлические частицы имеют размер от одного до двух целых пяти десятых микрона, меньше, чем нейроны. Обычно вредные частицы, подобные этим, остаются в легких в результате дыхания, что приводит к пневмонии и легочному фиброзу и воздействует на иммунную систему. Но в данном случае они оказались способны преодолеть гемоэнцефалический барьер и проникнуть в кору мозга. Я понятия не имею, как это произошло.

Кайцзун смотрел на построенное компьютером изображение темно-синих джунглей аксонов, среди которых, будто безмолвные космические глыбы из фильма «Одиссея 2001», повисли металлические частицы, в бесконечной матрице, простирающейся до края Вселенной. Перед его глазами мелькали картины того, как Мими нюхала горящий пластик; образы деревни Сялун с адски грязным, вязким воздухом; выброшенные электронные игрушки; заброшенные поля; горящий мусор; улыбающиеся дети, будто цветы, выросшие на токсичной почве.

Бог долго ждет, да больно бьет, подумал он. В истории воздаяние всегда несло в себе элемент неопределенности: иногда возмездие настигало целый народ, но иногда оно было точным, как удар молнии, ударяющий в единственное мертвое дерево посреди пустыни и зажигающий его, подобно факелу в ночи, освещающему чернильное небо.

Мими оказалась невезучей, выбранной среди миллиардов, чтобы попасть в историю.

– Ее жизнь в опасности? – с тревогой спросил Кайцзун.

– На самом деле не знаю. В моем опыте ничего подобного и близко не было. Попавшие в ее полушария металлические частицы образуют сложную пространственную решетку, которая, похоже, работает заодно с ее нейронной сетью – и не спрашивай меня как. На голове Мими есть следы от электрического удара, возможно, это обеспечило некую энергию, которая все это активировала. Я лишь знаю, что современные методики нейрохирургии не способны имплантировать частицы с такой точностью, и мы совершенно точно понятия не имеем, как удалить эту структуру.

– Ее мозг будто превратился в минное поле. Неизвестно, какой импульс может попасть на какое нервное окончание…

Врач прищелкнул пальцами с мрачным видом.

– …и запустить цепную реакцию.

Кайцзун молчал. Он лелеял надежду, что после этого случая наконец-то сможет защитить Мими от будущих угроз. В глубине души он винил в случившейся с ней трагедии себя, поскольку опоздал на свидание. Он бесчисленное количество раз прокручивал в памяти события того дня – если бы время можно было обратить вспять, если бы он пораньше закончил свой разговор с главой клана Чень, если бы он вовремя пришел к хижине Мими… быть может, все обернулось бы совершенно иначе.

Но он знал, что в истории не бывает сослагательного наклонения.

Кайцзун признавался себе, что на каком-то уровне представлял себя неким посланником, вернувшимся домой и привезшим сокровища дальних стран. Как только он откроет этот сундук с сокровищами, все проблемы Кремниевого Острова исчезнут в мгновение ока. И лишь теперь он понял, как он ошибался. Он не может спасти Кремниевый Остров, не может спасти Мими и, более всего, не может спасти себя. Его смешное чувство превосходства разбилось вдребезги о твердыню реальности: чем быстрее он бежал, тем дальше от него оказывалась его первоначальная цель.

– Если бы Мими периодически проходила обследование, мы бы обнаружили это раньше… – полным сожаления голосом сказал врач.

– Она раньше работала не на клан Чень, она принадлежала клану Ло.

Перед мысленным взором Кайцзуна появилось лицо, гладкое, бледное, опухшее, полное злобы и обмана, будто кусок мертвой телесной ткани, плавающий в банке с формалином. Ло Цзиньчен.

Лицо врача изменилось. А‐а, это многое объясняет.

Сайт не был похож на что-либо официальное, он больше напоминал Википедию, созданную и наполняемую фанатами своего дела. Текст, изображения, хронология и видео располагались практически в случайном порядке, без попыток свести все в систему. Скотт быстро просматривал страницы – во многих статьях зияли дыры в логике, они были составлены в духе теории заговоров, хорошо ему знакомой, плод творчества людей с больным воображением и искаженным взглядом на историю человечества.

Хотя сайт уже некоторое время не обновлялся, Скотт все-таки ухитрился найти то, что искал.

Пятнадцатиминутное итоговое видео.

В его начале были показаны старые документы, черно-белые фотографии: боевой корабль, горящий в море, серая громада, постепенно погружающаяся в воду. Потом на экране появился текст.